Эротические рассказы - xStory.ru
Лучшая коллекция эротических рассказов в Сети!
 
 
     Она была из тех ангелов, за которыми лучше наблюдать с земли. Что он и делал. Вооружившись дедовским биноклем, он подползал на расстояние запаха к сокровенному кусочку дикого пляжа, где она совершала ежедневное рождение из пены. Зачем бинокль, спросите вы. Да как же без него разглядеть пушинку на янтарной коже, пшенич... [ читать дальше ]
Название: Крапивная лихорадка.
Автор: Никита
Категория: Странности, Остальное, Экзекуция
Добавлено: 26-03-2020
Оценка читателей: 6.10


Это произошло случайно. Я даже не предполагал, что в последствии данный эпизод из моей жизни, сыграет со мной большую, а может и главную роль в моей сексуальной жизни. Это случилось когда мне исполнилось 18 лет и мы с ребятами купались на озере. Стоял жаркий июнь, и домой не хотелось идти, но меня позвал старший брат, и я нехотя выбравшись из воды, побрёл в сторону дома. Меня просто звали обедать и чтоб за каждым не мыть посуду, мама собирала всех, или потом сиди голодный до ужина.

Я быстро всё съел и помчался на озеро. В проулке по тропинке я вдруг захотел писать и повернувшись боком, чтоб видеть в обе стороны, не идёт ли кто, вытащил свой писюн и стал поливать крапиву и репейник, которые уже были чуть выше пояса и хорошо скрывали меня от тех кто был в это время в своих огородах. Тропинка была узкая, и я ещё прижался к зарослям, чтоб чуть что, меня не было видно. В это время небольшой порыв ветра качнул верхушки крапивы, и я не успел отскочить. Листья и стебли прижались к низу живота и к моему писюну и ужалили его.

Ощущение было такое, как будь-то, сотни тонких иголок в раз кольнули мой член. Хоть я и был только в одних плавках, но я отпрянул назад и прикоснулся верхней частью ягодиц к листьям крапивы сзади. Это было так неожиданно и неприятно, что я вроде как помню, даже ругнулся тогда на крапиву и потирая ужаленные места, пошёл на озеро. Уже на подходе, так как было слышно шум и смех моих друзей и сверстников, я почувствовал некое необычное ощущение в своих плавках. Мне казалось, что кто-то невидимый для моего глаза так нежно перебирает и массирует кожицу на моём члене. Я даже замедлил шаги и напрягся. Боль от крапивы уже прошла и было необычное приято-массирующее покалывание по всему члену и чуть выше и такое же я чувствовал в верхней части ягодиц.

- Неужели это так приятно может быть – подумал я про себя.

Вскоре я оказался в воде и среди сверстником я совсем забыл про этот случай. Вспомнил только вечером уже перед сном и выйдя в огород, вытащил свой член и легонько погладил по нему сорванной веточкой крапивы. Снова ожёг и снова покалывание сотен тонких иголок. Я провёл ещё пару раз и пошёл спать. А спали мы с братом на террасе. Его ещё не было и я лёг в кровать и успокоившись почувствовал уже знакомые мне ощущения. Лёгкое покалывание по всему члену было схоже с тем, как когда то меня гладила по спине своей рукой мама в детстве.

Это было так приятно, что мой член сразу встал. Был он у меня не очень большой – всего то сантиметров 12-13, да и чуть толще указательного пальца, но он напрягся прямо на моих глазах и я стал играть с ним, как мы это привыкли делать с моим другом Димкой. Ему ещё не было 18 и он сдавал экзамен за восьмой класс и сидел дома и зубрил в то время последний свой экзамен. Я решил пока не говорить ему об этом, чтоб он не стал смеяться надо мной и не считать меня извращенцем. Как я уснул, я не помню, а когда проснулся, то солнце уже было высоко и мне снилось что то очень приятное и необычное. Родители уже были на работе, а брат что то делал во дворе.

В этот день я ещё несколько раз прикладывал к своему писюну крапиву и получал те же сначала неприятные и болезненные ощущения, но вполне переносимые и терпимые. Они быстро проходили, и я снова балдел от знакомых мне приятных и массирующих покалываний в области члена.

Так продолжалось недели две, и даже когда Димка сдал экзамены, то мы продолжили с ним наши совместные занятия онанизмом и прогулки голышом в лесу и в поле. Но свой секрет и новое открытие для себя я боялся ему сказать.

С каждым разом я всё больше срывал веточек от крапивы и всё плотнее их прикладывал к своему члену и уже начал пробовать и мошонку жалить. Приятные ощущения потом просто окутывали меня с головой, и мне хотелось большего.

Примерно через месяц я уже мог прикладывать к своему члену и яйцам небольшой веничек из нескольких веток крапивы и закрыв его и плотно прижав плавками, так ходить и ощущать покалывание и лёгкое жжение в области паха. Когда после крапивы оставались на коже волдыри небольшого размера и чтоб Димка не заподозрил ничего, я находил множество причин, чтоб отказаться от прогулок голышом и желанного для меня в то время онанизма. Лёгкая опухоль проходила часа через два-три и я уже сам искал Димку и мы бежали в лес и отдавались искушению и нашей тайной игре – дрочили свои подрастающие петушки и спускали сперму на всё куда она долетала.

Однажды вечером, когда родители уже легли спать, а брат ещё бегал по вечёркам, я вышел из террасы и пройдя в огород сорвал несколько веток крапивы и стал легонько хлестать ими по члену и между ног по яичкам, предварительно широко их расставив. За этим занятием брат и застукал меня, услышав шлепки, он заглянул в огород через забор, а там я и в таком виде. Голый и с веником крапивы в руке и себя хлещу по члену. При свете луны было всё хорошо видно. Я не знал, что он по проулку будет возвращаться домой с озера – обычно они всегда возле клуба встречались с девчонками. То что брат увидел и узнал, для меня был полный шок и неожиданность. Пока я нашёл свои плавки и одел их и вернулся во двор, он уже был там. За то что он тогда не поднял шум и не сказал ничего родителям, я благодарен ему и по сей день, но за то что он сделал, я тогда очень на него рассердился и даже думал как ему отомстить. Он схватил молча меня за руку и снова повёл в огород. Заставил снять плавки и нарвал хороший веник из крапивы и приговаривая одни и те же слова.

- Я покажу тебе как нас позорить, извращенец – говорил он и стегал меня и по ногам и по заднице и между ног, а потом развернул меня и несколько раз припечатал веником по самому члену и ногам спереди.

- Ещё раз увижу, пеняй на себя – предупредил он и ушёл.

Я тогда долго отмачивал места по которым пришлось всех больше ударов и несколько дней не купался и ходил в длинных спортивных трико, чтоб никто не видел следы от крапивы и волдыри. Конечно всё это прошло, но осадок остался и я хотел доказать и себе и брату, что он не в праве мной командовать и я снова стал таясь и прячась, играть с крапивой но теперь уже точно не решился рассказать даже Димке, а то вдруг проболтается и мне конец тогда. Вскоре я уже полностью восстановился и никто об этом не узнал. Брат правда посмеивался надо мной, когда мы были одни и всегда теперь называл меня извращенцем и я ждал, когда же он уедет в город.

Брат же решил немного последить за мной и вечером говоря, что пошёл на вечёрки, уходил в огород и прятался. Я боялся первые дни выходить, но потом снова решился и осмотрев весь огород и проулок, нет ли кого рядом, нарвал крапивы и стал парить ей по своему члену и яйцам уже ничего не боясь, что задену и ягодицы и немного ноги. В первый же вечер брат и поймал меня и снова мне влетело. Отхлестав крапивой по заднице и по ногам, он повалил меня на землю и взяв за одну ногу, поднял немного вверх, а веником из крапивы стал хлестать по члену и между ног. Я пытался закрывать второй ногой, но было ещё больнее получать по ней, да и брат предупредил.

- Если будешь дёргаться, то я ещё пару веников о тебя отхлещу – сказал он. Это в том смысле, что будет хлестать, пока они не перестанут жалить. Я смирился и даже отвёл ногу в сторону, чтоб на ней меньше осталось волдырей. Область гениталий хоть можно трусами прикрыть, а ноги? Нет.

Когда брат измочалил второй веник из крапивы о мой зад и мои гениталии, он отпустил ногу и сказал.

- В следующий раз попадёшься, извращенец, крапиву сам для себя рвать будешь. Понял – спросил он строго.

- Да понял, понял – ответил я прикрывая рукой изжаленные член и яйца. На всё остальное я уже не обращал внимание.

Я снова несколько дней прятал свои волдыри и спать было неудобно, между ягодицами, им всех больше досталось и постелью образовалась как будь то воздушная подушка. Я лежал на кровати и попой её не чувствовал. Мне тогда казалось что моя попа висит в воздухе и для убедительности я даже попробовал подтолкнуть под неё руку, но не получилось. Тогда я понял, что кожа на попе получила такой ожёг, что перестала ощущать то к чему прикасается. Я тут же потрогал свой член и яйца и ощупал всё вокруг. Но тут же обрадовался. Хоть и везде всё кололо как тысячи иголок в раз, но мой член чувствовал и руку и как я его тискаю. Я облегчённо выдохнул.

Тогда я даже подумал, что вдруг моя попа вообще потеряла чувствительность, но как ожёг прошёл и волдыри спали, на третий день чувствительность стала помаленьку возвращаться и я обрадовался. Я открыл для себя новое ощущение и теперь знал, как с помощью природы и простой крапивы обезболить тело, чтоб потом ничего не ощущать. Тогда я ещё не знал – нужно ли мне будет это или нет. В тот вечер у меня появилась новая идея, самому себя отхлестать крапивой, чтоб попа и вся область гениталий потеряла чувствительность, а потом подразнить брата.

Может тогда он поймёт, что как бы он не хлестал меня крапивой, мне будет всё равно. Сам себя так отхлестать я побаивался и не решался. Обратиться к брату – равносильно что подписать себе приговор на порку. Одно оставалось признаться во всём Димке. Но как? Голова шла кругом, а на дворе уже стоял август и крапива стала более грубой, не то что июньская и июльская. Решение этой проблемы пришло само собой.

В один из дней родители были на работе, а брат уехал в город и я остался дома один. Я так обрадовался и хоть мне и надавали много дел, но я просто был счастлив. Первым делом я нарвал мягких веточек от крапивы и осторожно натолкал себе в плавки и спереди и сзади, чтоб можно было и дела делать и про себя не забывать. Некоторое время крапива при каждом шаге жалила, но вскоре я привык и чуть ли не каждые полчаса вытаскивал завядшую и наталкивал свежей. У меня просто всё шло как по маслу. Всё что мне было велено сделать, я сделал ещё до обеда при том что за всё это время у меня всегда были полные плавки крапивы и я уже не боялся её жжения. Одного я не учёл, что перед обедом ко мне должен был придти Димка и забыл про это. Он знал что я если дома один, то калитку всегда держу закрытой и поэтому не стал стучать, а открыл её сам и увидел как я вытаскиваю из плавок крапиву.

- Ты что это делаешь? – спросил он удивлённым голосом.

Я тоже растерялся и не знал что ответить и тут почему то вспомнились слова брата о наказании.

- Знаешь Димон, тут такая ситуация случилась. Меня брат застукал и нажварил крапивой. Я потом три дня сидеть толком не мог. Вот и решил себя приучить к крапиве – соврал я и даже сам удивился, что у меня так здорово и складно это получилось. Димка удивился и немного отойдя от шока спросил.

- А тебе что совсем не больно?

- Было больно, когда брат по голой заднице охаживал, сейчас уже нет, привыкаю – ответил я.

- А член. Что тоже жалишь? – спросил удивлённый Димка.

- Он же с меня и трусы спускал, когда крапивой порол, так и по яйцам и по члену прилетало, вот и тоже приучаю – объяснил я.

Некоторое время Димка смотрел на меня молча и удивлялся, как я вынимаю стебли крапивы и бросаю их на землю. Потом не вытерпел и спросил.

- Может тебе моя помощь нужна?

- Какая. Ты ведь свою задницу вместо меня не подставишь? – сказал я.

Димка замялся и не зная как сказать спросил.

- А ты купаться пойдёшь на озеро?

- Сегодня нет, видишь волдыри выступают из под плавок.

- А в лес пойдём – спросил Димка.

Я подумал и ответил.

- Если поможешь мне два дела сделать, то я скоро.

Димка с радостью согласился и уже через полчаса мы с ним вместе бежали по хорошо знакомой нам обеим тропинке. В этот раз я был только в плавках и спортивном трико. По дорого пробегая мимо зарослей крапивы Димка вдруг сбавил шаги и взглянул на меня не сказав ни слова. Я понял его, что он имел ввиду, но не стал обращать на это внимание и мы пошли дальше. Теперь я знал и что мой друг Димка тоже знал мою тайну про крапиву и мне не нужно было скрывать это. В нашем месте мы разделись и стали играть нашими письками. Димка всё поглядывал на мой немного припухший член и вдруг спросил меня.

- А что ты испытываешь, когда жалишь себя крапивой?

Я как мог объяснил ему и особенно про приятные ощущения после, спустя некоторое время, когда в местах соприкосновения крапивы с телом возникает множественное покалывание сотен тонких игл и это похоже как массаж и что его как бы делает невидимка. Потом рассказал что кожа теряет чувствительность и я сидя на табуретке не чувствую её совсем. Димка слушал приоткрыв рот, а когда я закончил, спросил.

- А сейчас ты чувствуешь?

- Что чувствую – не понял я.

- Ну прикосновения эти – объяснил он.

- Ага – ответил я.

- А тебе не больно – спросил он.

- Нет – ответил я.

- А когда ты в следующий раз будешь себя крапивой жалить – вдруг спросил Димка.

- Я не знаю, могу и сейчас – ответил я.

Димка замялся, и я опередил его.

- Хочешь посмотреть – спросил я.

Димка кивнул головой.

- Ну тогда пошли обратно к тем зарослям – сказал я.

И мы побежали, подхватив свою одежду прямо голышом по полевой дороге. Нас, конечно, видеть никто не мог, но мы всё же оглядывались назад. Димка был старше меня и всегда во многом я его слушал, а сейчас, он вел себя как-то нерешительно, и даже мне показалось, что стеснялся чего то. Когда мы подошли к зарослям крапивы, я взял в руки плавки и свернул их вдвое и стал рвать крапиву, чтоб не обжалить руки. Когда сорвал несколько веток, я сложил их вместе и взяв этот веник стал перед Димкой и прижал крапиву спереди к своим члену и яйцам. Димка аж замер, как будь то это его стали жалить крапивой. Потом я сделал это ещё и ещё раз и всё поглядывал на Димку. У него аж глаза блестели от удивления.

- Тебе точно не больно – вдруг спросил он, не отрывая глаз.

- Нет, лишь немного покалывает и всё – довольный ответил я, как будь-то, совершил подвиг и теперь гордился этим.

- А можно я попробую – вдруг спросил он.

- Вон крапивы полно, рви и пробуй – ответил я.

- Нет, не себя, а тебя пожалить – пояснил он.

Я знал хорошо Димку, и если ему что хотелось сделать, он мог на многое согласиться, хотя у нас всегда всё было общее, и мы помогали друг другу, и он мне никогда не отказывал. Но за эту просьбу мне хотелось что-нибудь у него выманить. Я немного подумал и неожиданно для себя и для Димки сказал.

- Тогда ты мне потом член перетянешь, как волдыри сойдут.

- Я согласен – радостно ответил он и взял у меня веник из крапивы.

- А где можно жалить – спросил он.

- Вот ниже этого места везде – ответил я и показал уровень ниже пупа на десять сантиметров.

- Везде-везде – удивился Димка.

- Да – ответил я – везде.

Димка взял крапиву и стал прикладывать то спереди возле члена и яичек, то к попе, а то между ног. Потом осмелел и уже не просто прикладывал, а как бы слегка парил и пошлёпывал им по нижней части моего тела. Я не знаю что со мной происходило, но если бы так порол меня крапивой мой брат, то я готов был бы стоять хоть весь день. Мой член даже встал как никогда и торчал, чуть не доставая до пупка. Мошонка была открыта, и Димка наяривал, и по яйцам и по члену и стал даже меньше уделять внимание моим ногам и попе. Я сделал ему замечание, и он мне ответил.

- Давай я сначала тебе член нажварю.

- Ну тогда делай как знаешь – согласился я.

Минут через десять я сказал, что крапива совсем не жалит и Димка пошёл и нарвал свежей и снова стал хлестать меня по члену и яйцам, а потом перешёл на попу и прошёлся по ногам. Так мы провели в зарослях больше часа и я взглянул на часы.

- Ой, скоро брат приедет – сказал я.

- Ну тогда пошли домой – сказал Димка и отбросил крапиву вернув мне плавки.

Когда я их натянул на себя, то я их совсем не почувствовал, а одетые после трико я чувствовал только нижней частью ног. Ноги выше колен и попа вся онемели от крапивы и я сказал Димке.

- Вот сейчас только пусть меня выпорет брат, мне ничего не страшно.

- Что, ты ничего не чувствуешь – спросил Димон.

- Не а – ответил я и мы побежали домой.

К моему огорчению, а может и радости брат был уже дома. Родителей ещё не было, так как в летнюю страду они работали до поздна и до их прихода оставалось ещё часа три, не меньше.

- Это что? – спросил бран на повядшие ветки крапивы разбросанной по двору.

- Прополкой занимался, вот и раскидал, просто прибрать ещё не успел, Димка купаться позвал. – объяснил я что пришло в голову.

- Значит, полол крапиву, а ну снимай штаны – сказал брат.

Я понимал, что спорить с ним не стоит, себе дороже обойдётся. Он был всегда в пример и такой правильный, и я тут же стянул немного штаны вместе с плавками. Перед его глазами вывалился мой повядший член и яйца, покрытые слоем волдырей.

- А это что, ты голый что ли полол – спросил он.

- Так ужалился крапивой случайно – ответил я так как ничего придумать не смог.

- Значит крапивой ужалился извращенец ….. – сказал сердитым голосом брат и тут же послал меня за крапивой. Я понял, что мне грозит порка и не простая, а очередная и меня теперь никто не спасёт, только милость брата. Пока я шёл в конец огорода и рвал крапиву, я много передумал и ругал себя за неосторожность и в тоже время был рад, что я готов был к этой порке благодаря Димке. Я принёс ворох крапивы и сняв верхонки, подал их брату.

- Может не нужно, я всё приберу – попробовал я оттянуть наказание, но брат уже сложил небольшой веник и велел снять мне штаны и плавки и когда я снял всё, он даже сам удивился, увидев, что на моей попе и на ногах тоже много волдырей.

- Ты где это лазил – спросил он.

- На ферме – ответил я, чтоб не выдать друга.

- Голый что ль – спросил брат.

Я только молча кивнул головой в знак согласия.

- Ну ты точно шизанутый – сказал он и припечатал мне веником крапивы прямо но заднице.

До прихода родителей, возможно из зависти, что я могу такое себе сделать или из за боязни что обо мне будут ходить разные там слухи и его тоже это как то коснётся, но брат стал хлестать меня веником из крапивы и приговаривать.

- Чтоб не повадно было шизик ё…. – говорил он и хлестал меня то по заднице, то прямо по торчащему от возбуждения члену и яйцам.

Я сам тогда не понимал, почему член так у меня стоял, когда получал ожоги крапивы, да и сейчас мало чего об этом знаю. Но попадало по нему тогда от брата всегда и всех больше, чем ногам и попе. Несколько раз я бегал и нарывал для себя крапивы – наверное сам хотел чтоб брат меня жалил ею, ведь мне не было больно и кожа уже ничего не чувствовала, хотя он этого не знал и продолжал. За полчаса до прихода родителей он велел мне всё убрать во дворе и одеться, и я успел это сделать чуть ли не перед самым носом родителей. Я унёс за огород пучок измочаленной об меня крапивы и открывая калитку возвращался обратно, а родители в это время входили в ограду.

- Ну что, ты сказал новость брату – обратились они к старшему брату.

- Не успел ещё – ответил он.

- Ну тогда мы скажем – сказала мама и посмотрела на меня.

- Через четыре дня твой старший брат уезжает в город, он там нашёл работу, и ему дают комнату в общежитии. Так что ты теперь всё будешь делать по дому и помогать нам и за себя и за него. – сказала мама.

Брат так посмотрел на меня и добавил.

- Теперь времени на всякую ерунду и беготню по друзьям у тебя будет совсем мало – и усмехнулся.

Я понял, что он имел ввиду, и даже немного расстроился, что на меня теперь ляжет куча обязанностей по дому. Весь вечер брат отпускал в мой адрес усмешки, а на другой день, когда мы остались одни, он сказал мне.

- Теперь за тобой не кому будет присматривать, так что думай сам что делаешь. Если что узнаю, пеняй на себя. Понял?

- Да понял я, понял – ответил я.

Три дня пролетели как то спокойно. Я ни в чём не провинился, так как всё ещё отходил от последнего его наказания и кожа на попе только-только начала проявлять чувствительность. Брат показывал что и как он делал – так как теперь мне нужно было этому всему научиться. Мне даже как то стало тоскливо, что он уедет и я не буду получать порцию адреналина от его порки, но я не знал что сделать и спросил его.

- А ты как часто будешь приезжать?

- Пока ещё не решил, кататься туда сюда ещё не на что. Не заработал ещё – ответил он.

Я тогда понял что долго его не будет и у меня появилась озорная идея – подразнить его перед отъездом. Ведь завтра он уедет и только Димка в свободное время сможет мне составить компанию. Я вошёл в дом и взяв кувшин с водой, решил её выплеснуть во дворе и специально плеснул на стену, в результате чего брызгами облил себе трико и промочил плавки. Брат всё это видел и сказал на меня с усмешкой.

- Ну растяпа, как же ты всё успевать будешь, если у тебя всё из рук валится.

Я пожал плечами и стряхивая воду с мокрых штанов, понял, вернее сделал вид что понял, что в них ходить не возможно. Я поставил кувшин и стал снимать их, а потом повесил сушиться на верёвку возле сарая. Плавки тоже были мокрыми и я снял и их тоже и повесил рядом оставшись только в одной рубашке, из под которой торчал уже вставший член и прижимал рубашку к низу живота. Увидев это, брат нахмурился и молча ушёл в огород.

- За крапивой пошёл – подумал я и не ошибся.

Как только брат вернулся с хорошим веником из крапивы, то сразу подозвал меня. Я молча подошёл к нему и пытаясь оправдать себя стал объясняться, что это получилось случайно. Брат не стал слушать и сказал.

- Это тебе будет аванс вперёд.

После чего он приложил мне по ягодицам свежим веничком и крапива слегка обожгла мою попу. После нескольких раз мне стало почти не больно и я даже немного согнулся подразнивая его и выставив попу, но тем самым прикрыв свои гениталии. Это видно его не очень то устраивало и он велел мне опереться на стену и пошире развести ноги и как только я всё это сделал, то сразу получил шлепок веником между ног снизу. Ощущение было необычное, просто класс. Теперь получалось что не я исполнял приказы брата, а он сам не осознавая того, шёл у меня на поводу и делал то что я замыслил. Раньше так он меня никогда не хлестал и я даже чуточку присел и тем самым ещё более открылся для второго удара. Крапива так и прилегала снизу по яйцам и между ягодиц по самой попе. Я продолжал так стоять и ждать когда брат что то скажет, но он продолжал хлестать меня по попе и между ног. Как только веник стал ломаться и рассыпаться, он велел мне подождать немного , а сам ушёл и принёс ещё свежих пару веников. В общем когда он исхлестал их оба, моя попа и всё тело ниже пояса и особенно яички и член ничего не чувствовал и и покрылись волдырями разного размера.

- Красавец – подумал я оглядывая себя.

Мои плавки к тому времени уже почти высохли, да и трико тоже, но одевать их мне что то не очень-то хотелось и я пошёл в дом голышом и лёг на кровать.

- Чего разлёгся – сказал брат.

- Из-за волдырей, плавки одевать больно – соврал я.

- Если в ближайшее время не оденешься, то получишь ещё – пригрозил он.

Мне ничего не оставалось и я медленно как бы опасаясь поплёлся во двор и нехотя оделся. Остаток дня прошёл спокойно, а когда под вечер пришёл Димка, то я отказался с ним идти сославшись что завтра уезжает брат и он убежал.

После отъезда брата как будь то что то исчезло из моей жизни. Я мог дома до прихода родителей ходить голым и мне никто ничего не мог сказать и запретить. Самому себя наказывать за это как то не хотелось, ведь я почти полностью познал и положительную сторону крапивы и отрицательную и стал, больше времени проводит со своим другом, лишь иногда уединялся и отдавался страсти и желанию получить порцию от ожогов крапивой.

То чем мы занимались с Димкой, я не стану повторять, я об этом уже писал ранее, лишь упуская эту сторону своей жизни.

Два года пролетели незаметно и Димка тоже решил ехать в город. Перед расставанием мы с ним хорошо почудили и я решил вспомнить слова брата и посмотрев на Димку, сказал.

- Помнишь как мы на ферме по крапиве лазили?

- Ага – ответил он и после небольшой паузы спросил сам.

- А ты что хочешь повторить?

- Было бы не плохо – ответил я – если ты мне поможешь.

- А что делать – спросил Димка.

- Ну я же не могу себя парить крапивой – пояснил я.

- Если это, то я завсегда согласен – сказал Димон радостным голосом.

До его отъезда оставалось дней десять и мы рано утром отправились в условленное место. Когда я пришёл, то Димка уже был там, а на руках у него были верхонки, а в правой руке он держал уже заготовленный веник из крапивы. На лице у него светилась улыбка. Я думал что от того, что он сейчас меня нажварит по всем причинным местам.

- Ну что, ты готов? – спросил он.

- Всегда готов – приложив руку ко лбу выкрикнул я.

Мы рассмеялись и я быстро стянул с себя трико и плавки. Мой член уже торчал от предвкушения испытаний, до боли знакомых и на мой взгляд мне и моим гениталиям это очень нравилось. Димка стал вначале не очень решительно, а потом уже осмелев стегать меня расхаживая кругами и ударяя по всем местам. Немного он задерживался спереди и по несколько раз ударял сверху по члену или снизу по яйцам. В этих зарослях мы задержались довольно долго, так как Димка не спешил и я его тоже не торопил. Сколько он тогда веников из крапивы обхлестал о мою задницу и перед, я не помню, но мы опомнились когда он сказал, что уже семь часов. До прихода родителей оставалось всего час, а нам ещё нужно было одеться и добежать до дома. Конечно же мы успели раньше времени в нашем то возрасте, но я после этого дня несколько дней сидел на своей попе как на воздушной подушке и нижняя часть тела вообще была полностью бесчувственна. Я даже когда ходил в туалет и доставал свой член, то я не чувствовал что беру его руками и всё делал визуально глядя что беру и куда направляю.

Вскоре Димка уехал, и я остался один. Впереди были выпускные экзамены, и я, чтоб не скучать понемногу готовился. Брат так и не приезжал два года – только звонил и всегда интересовался, справляюсь ли я со всеми домашними делами и даже пообещал когда я, закончу школу, сделать мне подарок. Я тогда про себя даже с иронизировал, что, мол приедет, и высечет крапивой и весь подарок.

Зима пролетела быстро и наступила весна. Подготовка к экзаменам и сдача ещё ускорили время и вот уже на руках аттестат. С таким конечно идти учитья дальше не было смысла и я сказал родителям, что пойду работать на МТМ. Конечно они не торопили меня говоря что теперь дома ничего не будут успевать и я тогда сам предложил, если они конечно не будут возражать, что устроюсь на работу как уберём весь урожай дома. Они даже обрадовались, но виду не подали и я целыми днями копался то в огороде, то ездил на покос. В общем дел хватало и конечно же не забывал при виде крапивы немного побаловать себя и свой член и яйца. Иногда просто похлёстывал по ним, а иногда и заталкивал в плавки и так ходил. При каждом шаге я чувствовал лёгкие покалывания и ожоги, но они были вполне терпимы.

Однажды я вернулся с покоса с полными плавками натолканной крапивы. Я знал, что родителей не будет дома ещё несколько часов и ничего не боялся, но когда вошёл во двор, то увидел, что замка на входной двери нет, а из дома вышел брат. Я был в полном ступоре и не знал что делать. Он сразу заметил моё замешательство и подошёл ко мне.

- Продолжаешь чудить? – спросил он.

Я промолчал.

- Ну здорова что ль – сказал он и протянул мне руку, а второй хлопнул меня по заднице и удивился.

- И часто ты так ходишь? – спросил он.

Я не стал врать, ведь это было бессмысленно, и ответил правду.

- Постоянно.

В этот день он больше что касалось моего чудачества не сказал ни слова. Это было тягостное ожидание для меня. Я даже спал плохо и сам пытался угадать, что он скажет завтра, когда родители будут на работе.

Разговор состоялся рано утром, как только я вышел во двор с торчащим членом и побежал в туалет.

- Я понимаю, что горбатого только могила исправит – сказал он.

- Но хоть что то я попробую сделать, чтоб ты стал человеком – добавил он следом и я увидел в его руке хороший веник из крапивы.

Я даже немного обрадовался, что брат ни чуточку не изменился и сейчас заменит мне Димку, который приезжал этим летом всего не надолго и мы особо ничем с ним не занимались – как прогулки и онанизм и то только я, а он как то отстранялся всегда.

В общем я даже воспрял духом, что брат сейчас восполнит этот пробел и пока я думал, то успел получить первый удал по заднице. Ну а дальше всё пошло как и раньше. В общем в течении всего дня до самого вечера он периодически напоминал мне о своём приезде и я получал очередную порцию порки крапивой. Естественно я уже ничего не чувствовал и даже дразнил его, что его порка мне как укус комара для слона. Возможно это его и взбесило и он взял рукавички и ушёл на берег озера, а когда вернулся, то в его руках был пушистый веник из дикой крапивы. Так мы называли, да и не одни мы, конопляную крапиву. Она была очень жалючей и мы всегда обходили её стороной. Но иногда среди конопли мы случайно соприкасались с ней, ведь она чем то была похожа на коноплю, и выскакивали как ошпаренные. Я как увидел её, то сразу стал конючить и просить его не делать этого, но он не слушал меня и я получил первый удал прямо по торчащему члену и по яйцам.

- Ой, больно – крикнул я и только потом опомнился.

Я чувствовал лишь небольшое покалывание и слабую боль. Онемение заглушило всё и мне было не больно почти. Но чтоб хоть как то подействовать на брата, я всё равно продолжал ойкать.

Брат не пошёл мне на уступки и продолжал жварить, самым натуральным образом. Он хлестал меня и по заднице и спереди по торчащему члену и яйцам и даже велел раздвинуть ноги и бил между по самым яйцам. Как только от веника поотлетали листья и остались одни только стебли, он подошёл ко мне и прижав их спереди стал просто тереть о мой член и яйца. Несколько болезненных ощущений я испытал, когда стебли тёрлись о оголённую головку и мошонку. В общем скажу одним словом. Когда он закончил и ушёл, я ощутил небольшую ломоту и почувствовал как колет всю область ниже пояса. Отходил я после этого несколько дней, пока не вылезли все колючки или шипы от крапивы и не перестали причинять мне неудобства.

После этого случая началась другая половина моего влечения к крапиве.



После недели, как брат меня отходил дикой крапивой, я не удержался и решил сам попробовать её силу или как она будет меня жалить. Сорвав пару веток, я стал осторожно прикладывать их к своему члену и получая сильное жжение отдёргивал. Я, то оголял головку и прикладывал листья с самой нежной коже на моём члене, то приложив листья, на оголённую головку, закрывал её крайней плотью, и лист дикой крапивы оставался зажатым внутри. Он сразу жалил две поверхности и головки и крайней плоти, и это было такое необычное ощущение. Конечно они были более болезненны, чем обыкновенная крапива, но их тоже вполне можно было терпеть и я быстро привык и освоился и вместо листьев, стал под крайнюю плоть к головке прикладывать и стебли дикой крапивы. Конечно шипы у них были гораздо крепче и жалили сильнее, но меня это очень забавляло и я так увлёкся, что совсем забыл что брат в гостях и может меня снова заметить. Отвык от его надзирательства за три года и просто сидел и развлекался, пока его рука не легла мне на плечо.

- Ну что шизик, продолжаешь – спросил он и глянул через спину на мой член, вокруг головки которого из под крайней плоти торчало несколько коротких стеблей от крапивы. Он даже дар речи потерял и несколько минут не мог мне сказать ничего. Я тоже растерялся и нет чтоб быстро всё убрать, просто смотрел на его удивлённое лицо и ждал что он скажет и он сказал.

- Ну ты и придурок. Ты зачем это сделал.

- Просто решил попробовать – ответил я заранее заготовленную фразу.

Он присел рядом и посмотрел поближе. Мой член после дикой крапивы был весь в волдырях. Тогда он взял двумя пальцами мой член в области головки и сдавив его стал оголять . Как только головка открылась, несколько коротких стеблей тут же отпали в разные стороны и мы оба увидели волдыри продолговатой формы, как видно прижимался стебель, так они и образовались под ним.

- Ты что совсем не думаешь своей дубовой балдой – спросил он.

- Не а – ответил я

- Оно и видно. А если что случится?

- Справлюсь, не маленький – успокоил я его.

- Тебе что совсем не больно – спросил брат.

- Нет. Ни капельки. Если хочешь меня снова выпороть, то пори, я всё равно не перестану так развлекать себя – ответил я.

- Да нужен ты мне – уже спокойнее сказал он и повертев в руке примерно семи миллиметровый стебель дикой крапивы и ужалив себе пальцы, бросил его в сторону.

- И ты вот это толкаешь себе в член – спросил он.

Я молча взял только что выброшенный стебель и приложив к нему ещё три, сколько смог держать в руке, другой рукой на глазах у брата оттянул крайнюю плоть до предела и приложил эти четыре кусочка стебля от дикой крапивы к нежной кожице и тут же сразу стаз закрывать их крайней плотью. Вскоре было видно как между головкой и крайней плотью торчит четыре коротеньких стебелька плотно прижатых к головке. Пока я всё это проделывал, а ушло на это буквально пара минут, брат смотрел на меня и мои действия не произнося ни слова и только когда я убрал руки и мой член повис вместе со стеблями, он посмотрел на меня и произнёс.

- Учил я тебя, учил, а толку всё равно нет. Делай что знаешь – сказал он и сжав посильнее головку моего члена вместе со стеблями крапивы, встал и ушёл.

- Пронесло – подумал я и оглянувшись ему вслед, продолжил своё занятие.

Вернулся я домой вслед за братом через полчаса, предварительно обложив головку свежими короткими стеблями крапивы по всей окружности. Выбирал самые крепкие и чтоб были не такие мягкие и тонкие. Так с раздутой головкой, заправленной в плавки, я и вернулся домой, держа трико наперевес через плечо. Головка, конечно, выпирала в плавках, образуя приличный бугор, но я решил просто лишний раз подразнить старшего братика, который кажется уже больше не хотел со мной вступать в перепалку и махнул на меня рукой. Он конечно сразу это заметил и бросив косой взгляд на меня и на плавки, спросил.

- Всю крапиву столкал в плавки или ещё осталась?

Я тут же отвернул резинку и показал ему что у меня нет там крапивы и что он зря на меня наговаривает. Но скрыть растянутую крайнюю плоть на головке было невозможно.

- Ты что туда полено затолкал – спросил он.

- Вон в сарае ещё возьми пару, толще будет – добавил следом.

- Нет, только стебли от крапивы – ответил я проходя мимо.

Несколько дней я продолжал развлекаться и придумывать разные способы, как изжалить крапивой свой член и яйца. Я не стеснялся уже брата и делал это в открытую прямо в сарае и когда он заходил под крышу и видел меня, то всегда спрашивал.

- Ну что не отвалился ещё твой стручок.

Хоть мне тогда и было всего восемнадцать, но член у меня уже полностью почти созрел так сказать. Был около двадцати сантиметров и толщиной сантиметра три – три с половиной. В общем было что жалить крапивой.

- Нет, пока ещё на месте – отвечал я и толкал между крайней плотью и головкой очередной короткий стебель длинной сантиметров пять. Я придумал как безболезненно их настригать с помощью секатора и у меня их рядом лежало несколько десятков таких коротышей разной толщины, от трёх миллиметров до сантиметра. Брат подошёл рядом и увидел эти толстые настриженные стебли.

- Ты что и эти собираешься себе толкать в член – спросил он.

- А иначе зачем бы я их стриг – ответил я и взяв саамы толстый, оттянул крайнюю плоть и вставив стебель между ней и головкой, стал вталкивать внутрь на глазах у брата. Колючки цеплялись, жалили и чуточку царапали кожу, но вскоре стебель был полностью втолкнут и торчало самое больше около сантиметра. Брат подсел рядом и посмотрел на мою головку, а потом на меня. Он не сказал ни слова, а просто взял один отрезанный кусочек стебля и вставив его между крайней плотью и головкой, втолкал рядом.

- Тебе точно не больно – спросил он.

- Нет конечно, если хочешь, то можешь ещё затолкать – сказал я.

Он посмотрел на меня и взял следующий. Так один за другим он на втыкал почти вокруг всей головку нарезанные коротенькие кусочки стебля от дикой крапивы. Головка и крайняя плоть уже совсем ничего не ощущали и мне было всё равно, одну он затолкает или десять. Потом он обхватил головку рукой и крепко сжал её и посмотрел на меня. Я даже глазом не моргнул. После этого он вообще перестал обращать на меня внимание и вскоре уехал.

Прошёл год и я работал на МТМ слесарем по ремонту тракторов. Вечерами иногда укрывшись в комнате баловался с крапивой. Зимой конечно мне её негде было взять и у меня было множество других развлечений. С наступлением весны я ждал Димку, но он написал что не приедет и что уезжает в строй отряд. Об этом я узнал у его родителей.

А в июле приехал брат к моему удивлению. Его ни я ни родители даже не ждали. Вечером мы с ним пошли на озеро, так как я работал и днями не бывал дома, и он спросил у меня.

- Ты всё ещё крапивой балуешь?

- Каждый день, ответил я.

- А как работа?

- А я и на работу хожу, натолкав крапивы в плавки - пошутил я.

- Ты что серьёзно – не поверил он и я признался, что пошутил.

Я понимал, почему брат пошёл со мной на озеро, ведь дома мы были не одни, но мне хотелось, чтоб он сам сказал всё. Он долго ходил вокруг да около, и наконец не выдержал. Мы вышли уже за деревню и нас никто не мог слышать и видеть.

- А ты кроме крапивы больше ничего не пробовал – спросил он.

- В каком смысле – не понял я.

- Ну в том, что ты делал в последние разы – напомнил он.

- Это между головой и крайней плотью крапиву толкать – процитировал я.

- Ну, это я и имел ввиду – сказал он уже облегчённым голосом. Он был противником того, что я делал и всегда порол меня крапивой, сейчас стал расспрашивать об этом. Зачем ему это – подумал я и спросил.

- А тебе то зачем?

- Просто ты меня тогда сильно удивил с дикой крапивой и я просто подумал.

- Нет, только крапиву пока пробую, а что у тебя что то есть на примете – спросил я.

- Да нет, просто ты подумал вдруг что то сам для себя …. – и брат замолчал.

- Ну что остановился , говори раз начал – спросил я.

- Ну ведь кроме крапивы, с колючками есть ещё много растений, вот я и подумал, что вдруг ты ещё что то для себя пробуешь.

- А тебе то зачем – спросил я.

- Просто интересно – ответил он и пнул высокую травину осот.

- Ну вот хотя бы осот, он тоже руки колет. Не пробовал.

- Нет – ответил я.

- Но если тебе интересно, то могу попробовать – не дав ему ничего сказать, добавил я следом.

- Сам решай – сказал он многозначительно и посмотрел на осот.

Я тут же сорвал его и достав перочинный ножичек, отрезал стебель и разрезал его на несколько коротеньких частей. Достав член, я оголил головку и приложив сразу несколько штук, снова натянул крайнюю плоть. Потом взяв оставшиеся кусочки, и стал их вталкивать один за другим. Осот конечно был очень твёрд и покалывал руки и кожу на члене, но сравнивать его с дикой крапивой было бесполезно.

- Ну вот и готово – ответил я втолкав последний кусочек.

Головка раздулась и выглядела, очень огромной.

- А ты с такими кусочками крапивы спал ночью – спросил вдруг брат.

- Много раз. Тебя ведь рядом нет, и меня никто бы не выпорол – ответил я.

- Ладно, забудь – сказал он и хлопнул меня по плечу.

Мы прошли ещё немного и брат впереди увидел чертополох, так у нас звали это колючее растение. Конечно я сейчас знаю как оно называется –татарник колючий. Но кроме этой травы мы ещё два вида называем одинаково – это чертополох и расторопша. Просто они все колючие и у них красные цветки, хоть и разные немного по виду.

Ну брат мне и говорит.

- А это ты не пробовал?

- Нет конечно, у него же колючки большие – ответил я.

Потом подумал немного, так как брат молчал и шёл рядом и сказал.

- Если крапивой попарить член, то может и смог бы попробовать.

- Если ты хочешь, то я помогу – ответил он.

Я тут же вытащил свой член и сказал ему.

- Ну давай, у тебя это лучше получается.

Брат нарвал крапивы, у нас её кругом было полно, и стал хлестать меня по члену и по головке. Он у меня и так почти уже неделю ничего не чувствовал, так как я ему не давал покоя ни днём ни ночью, а то что так сказал брату, наверное мне хотелось понаблюдать за ним, как он хлещет крапивой по моему члену и всё. Минут двадцать я наблюдал за ним и потом сказал.

- Думаю хватит. Я уже не чувствую как крапива жалит.

Он бросил крапиву и сел рядом.

- Твоя идея. Тебе и пробовать. Мне не хочется руки исколоть – сказал я.

- А если … и он сделав небольшую паузу показал на мой член.

- А мы что зря его крапивой хлестали. Ну если не хочешь, то и заикаться не стоило – сказал я.

Брат встал и сорвал одно растение. Отрезав небольшую часть стебля с несколькими шипами или колючками, он оторвал самые крайние и взял в руку мой член. Оголив головку, он положил на неё стебель, слегка прижав его ч коже и стал сверху натягивать крайнюю плоть. Делал он почему то очень медленно. Боялся наверное. Я с интересом наблюдал за всем этим и мой член стал немного напрягаться. К тому времени брат уже натянул половину и ещё через некоторое время вся крайняя плоть была натянута на стебель с колючками. Торчал только небольшой кусочек, за который он держал его. Когда он убрал руки, то я увидел как кожа на стебле выпирала в некоторых местах небольшими бугорками. Это давили на крайнюю плоть шипы.

- Тебе не больно – спросил он.

- Нет – ответил я.

- Ну что пойдём дальше или ты ещё хочешь попробовать – спросил я у брата.

Он взял ещё стебель и отстриг ещё один небольшой кусочек. Я снова сел и откинувшись на руки запрокинул голову. Мне хотелось предоставить ему полную свободу действий и я сказал.

- Пока ты там копаешься, я немного полежу. – и тут же лёг на спину и положил руки на лицо. Так как в глаза светило солнце, хоть был вечер и дело шло к закату, но оно было очень яркое.

Брат ничего не сказал и что-то там копошился. Я только чувствовал как что-то сдавливает мой член и больше ничего. Через несколько минут он повернулся ко мне и сказал.

- Всё.

Я приподнял голову и посмотрел на свой член. Между головкой и крайней плотью торчало штук пять или шесть конечиков стебля чертополоха.

- Ты что всё это втолкал – спросил я удивлённым голосом.

- Ну ты вроде как сам сказал, что можно – даже как то по виноватому вдруг ответил он. За ним я такого не наблюдал никогда.

- Ладно, пойдём – сказал я.

- А то вдруг родители вернутся, а нас дома нет – объяснил свою спешку следом.

- Так они дома были, когда мы с тобой на озеро пошли – сказал брат.

- Фу ты, я совсем запутался – ответил я.

- Ну тогда пошли всё равно.

- А убирать ты не будешь – снова поинтересовался брат.

- Зачем, ты так старался, я и так могу походить – ответил я.

Мы развернулись и пошли обратно. Я заправил свой член снова в плавки и при ходьбе стал ощущать некое покалывание. Если я случайно прижимал член ногой, то покалывание усиливалось. Всё понятно, кожа онемела, а если шипы её прокололи, то отсюда и боль – подумал я и сказал об этом брату.

- Давай уберём, мало ли что – сказал он.

Мы остановились и я снова вытащил свой член. Он прикосновения к головке я почувствовал легкую боль. Брат стал оголять головку, так как я не мог так низко согнуться и вскоре мы оба увидели как шипы стебля чертополоха проткнули и головку и крайнюю плоть и с трудом отцеплялись при раскрывании.

- Давай раскрывай, а то нас тут точно застукают – сказал я.

Брат стал раскрывать дальше, и вот она проколотая в нескольких местах крайняя плоть оттянута назад. Немного сочилась кровь. А стебли чертополоха всё ещё не отваливались. Они держались за счёт шипов, проткнувших кожу головки. Взяв за край, брат отогнул один и отбросил его в сторону. Следом полетели и остальные. В нескольких местах выступила кровь, и я сказал брату.

- Закрой головку, кровь сама остановится.

Брат натянул обратно крайнюю плоть и мы пошли домой. Дома я зашёл в баню и промыл горячей водой свой член и головку. А на утро остались только до десятка точек от вчерашних проколов.

- Ну как себя чувствуешь – спросил брат утром, глядя на мой торчащий член. Родители уже были на работе, а нам на МТМ дали перед уборочной выходной и я остался дома.

- Нормально – ответил я и оголил головку.

- Сегодня пойдём в лес – спросил брат.

- А зачем, ведь мы дома одни – ответил я.

- Ну дома нет того, что там растёт – ответил он.

- Ну а как же задание отца убрать всё – спросил я.

- Потом уберём, я тебе помогу – ответил брат.

- Ну тогда пошли, только я сейчас перекушу – ответил я и сбегав в туалет сел завтракать.

Потом мы пошли в лес и на старой ферме я спросил его, что он задумал. Брат честно признался мне и я сказал, что мне нужно подготовиться. Это означало, чтоб не было больно, нужен крапивный массаж так сказать. Он одел верхонки и стал рвать крапиву обыкновенную домашнюю и дикую (конопляную). Веник получился довольно пушистым и я стал раздеваться. Среди кустов крапивы нас не было видно ни откуда и брат стал как заправский банщик охаживать меня ниже пояса веником из крапивы. Доставалось везде, но особенно члену и по головке. Мне постоянно приходилось её оголять, так как после ударов веником крайняя плоть сползала и закрывала головку.

- Ну всё, я готов, что ты задумал – спросил я.

- Сейчас – сказал брат и мы, обойдя полуразваленную ферму, вышли на поле. Там полно было разной травы и среди которой брат сразу нашёл ту, от которой мы в детстве просто чуть ли не ревели. Это обыкновенная липучка. Когда идёшь по ней, она все штаны облепит, что потом замаешься их сидя дома очищать. Вот и сейчас брат держал в руках охапку этой липучки.

- Это ты не пробовал – спросил он.

- Нет, даже не думал о ней – ответил я.

- Может попробуем – спросил брат.

- Давай – согласился я.

Он взял траву в одну руку и стал ей слегка хлестать по моему члену. И к его и к моему удивлению липучки стали плотно облеплять мою волосатость вокруг члена и яичек и вскоре всё стало покрыто этими липучками. Брат ещё в добавок ко всему взял и прижал траву к моему члену и потом стал отдирать её и даже некоторые волосики оторвались с лобка. Хоть и было не больно, но неприятно рвать в живую волосы с тела. Образовался вокруг члена и яичек на всей моей волосатости комок серо-грязных липучек. Мы попробовали очистить, но получалось очень медленно.

- Что будем делать – спросил брат.

- Нужно убрать всё вместе с волосами – иначе весь день будем очищать – ответил я.

Я сейчас и брат убежал домой. Вскоре он вернулся с ножницами и станком и мы на сухую, так как я был далеко от воды, состригли основное, а оставшуюся часть аккуратно сбрили и мой член и яйца стали лысыми. До этого я никогда не сбривал в области члена и волосы выросли просто большие и густые – вот и налипло этой липучки на них полно.

- Ну сейчас и крапива достанет даже и в этом месте, раньше волосы мешали, а теперь ничего не помешает – сказал я.

- Ты не сердишься, что так получилось – спросил брат.

- Нет конечно, я сейчас сам буду постоянно брить, так интереснее смотрится и повертев задницей стал трясти полностью лысым членом. Брат даже засмеялся и спросил.

- Ну что продолжим или красоваться будешь?

И мы продолжили. За фермой среди травы и бурьяна было полно чертополоха. Брат подошёл к самому высокому и срезал его секатором. Да, шипы или колючки были довольно большими, некоторые до трёх мм высотой. Такой и крайнюю плоть проткнуть может – подумал я, но ничего не сказал брату. Стебель был тоже около четырёх – пяти мм в диаметре. Брат склонился над чертополохом и продолжал что то там делать, а когда он повернулся ко мне, то я в его руках увидел несколько коротких кусочков стеблей разрезанных по всей длине. Да, такие можно гораздо легче засовывать под крайнюю плоть – подумал я и сел рядом. Достав из кармана пинцет, я такие видел в больнице, брат ловко ухватил крайнюю плоть и оттянул в сторону и тут же затолкал первую половинку стебля. Потом ещё и ещё и вскоре вокруг всей головки было полно натолкано таких продольно разрезанных коротких стеблей чертополоха или расторопши или татарника колючего. Для нас тогда это было одно и тоже.

- Ну как – спросил он.

- Здорово – ответил я.

Я встал и немного покачался. Головка конечно была чуть ли не в двое больше обычной и выглядела как болтающаяся болванка, но не было видно ни одной части стеблей растения из под крайней плоти. Да и член без волос казался длиннее и так смешно раскачивался.

- Так и ноги колоть не будет – сказал я.

- Я тоже об этом подумал и придумал – гордо ответил брат. Он ещё раз глянул на своё творение и вручил мне два пинцета. Один с широкими кончиками и большой, другой чуть меньше и с узкими кончиками.

- Пригодятся – сказал он.

- Спасибо – ответил я.

Мы немного ещё осмотрелись и вернулись домой. Я до вечера не вынимал их члена эти частички стеблей чертополоха, и мы всё делали вместе. До самого вечера я дома ходил только в одной рубашке и болтал во все стороны огромной головкой. Она постоянно ударялась то об одну ногу, то о другую и это выглядело забавно. Крайняя плоть, в которую воткнулось и держало её в таком положении множество колючек, даже не пыталась сползти и оголить головку при небольшом возбуждении. Просто кожа не могла соскользнуть и насаживалась на колючки ещё больше. Я даже лёг спать не винимая из под крайней плоти ничего и только утром, как только родители ушли на работу, я встал от неприятной боли, не такой уж и сильной, но она меня разбудила и вышел с террасы во двор. Мой член стоял как никогда по утрам и поэтому кожа на натянулась очень сильно и колючки просто впились в крайнюю плоть и головку. В некоторых местах даже проступила кровь и брат даже испугался увидев такой торчащий член и раздутой головкой.

- Больно – спросил он.

- Есть немного – ответил я.

Пользуясь пинцетом, мы стали оттягивать кожу и вытаскивать кусочек за кусочком стебли чертополоха и когда ослабили один край, медленно оттянули кожицу и оба ахнули. Я не видел, сколько натолкал туда брат, а он не ожидал что так получится. В общем, все стебельки колючками воткнулись и крайнюю плоть и в головку, у кого куда были они направлены и даже всё немного припухло. Быстро отлепив, мы промыли всё и обработали йодом. Немного правда пожгло в ранках, но терпимо. В тот приезд мы больше ничего не делали, так как головка немного ныла и её ломило от ноющей боли. Зажило недели за две, и особых последствий я не ощущал, но в будущем я так долго пыльные колючки под крайней плотью не оставлял.

Прошло несколько лет, я успел поработать и в городе и так где придётся и вернулся обратно в деревню. Бабушка заболела и родители взяли её к себе, а я переехал в её домик в соседнюю деревню. Родители уже держать большое хозяйство не могли, и отдали мне корову и ещё кое какую живность, а так же трактор, который достался отцу после раздела совхоза. В общем я всю осень, зиму и весну приводил всё в порядок и ремонтировал. Трактор в деревне это всегда был хоть и небольшой, но заработок. Мой друг Димка где то пропал и я его не видел уже много лет. Родителей своих он перевёз в город и узнать, что с ним даже не у кого было. Слышал, что он женился. С братом я тоже не виделся года два после последнего раза зимой на новый год у родителей. Он тоже женился и жил и работал в городе. В общем я жил один в соседней с родителями деревне и мог теперь не опасаться, что меня кто то может увидеть и что то заметить. К родителям я всегда ездил сам – не так далеко – пять километров по лесной дороге. Ну в общем жизнь немного изменилась, но мои увлечения остались при мне.

Места я эти знал хорошо и поэтому позволял себе частые прогулки по лесу голышом, а так же бани или припарки из крапивы. Я часто в бане парился свежими крапивными вениками и поддерживал себя в тонусе. Несколько раз я даже после таких процедур накладывал крапивы в постель и спал на ней. Одним словом как для кого то берёзовый веник, так для меня крапива – было одно и тоже.

Однажды утром ко мне приехал брат и поднял меня с постели как раз когда я спал на крапиве. Он так удивился, но времени чтоб как то прокомментировать не было. Ждала машина. Он попросил помочь с переездом и я быстро собравшись поехал с ним в город. Шли 90е и просить кого то он не хотел. Когда мы со всем справились, я сходил в соседний магазин и купил для своего трактора кое какие запчасти и случайно столкнулся с Димоном. Он не ожидал и был рад. Особо говорить долго было некогда и я его пригласил к себе в гости и сказал где живу сейчас.

- Заеду как будет время – сказал он уходя и действительно приехал спустя год.

Брат же после переезда ко мне приехал в гости только под осень, помочь родителям и посмотреть как устроился я.

- Теперь тебе никто ничего не скажет – заметил он сидя на диванчике напротив.

- Ты прав, полная свобода – ответил я вылезая из под одеяла голый.

- Ты что всегда теперь так ходишь, - сказал он зная о ранешном моём пристрастии.

- Да, а что вещи затаскивать и кто меня видит – ответил я.

В общем за день, проведённых у меня я при нём почти не одевался и видно сильно своим видом мозолил ему глаза, что он не вытерпел и спросил.

- А ты с колючками ещё пробовал?

- Несколько раз, но одному не очень то интересно – ответил я.

- Если не будешь против, то я через день загляну к тебе – спросил он.

- Я буду рад, всегда пожалуйста. – ответил я.

Он действительно не обманул и через день приехал ко мне. Мы с ним после крапивного веничка проделали всё что и раньше, поэтому описывать не стану, но когда он уезжал, то обещал скоро заехать снова и не обманул. Это было как раз в конце августа после его дня рождения. Ему исполнилось тридцать восемь. А я младше его был на девять лет. Он сказал мне, что его жена беременна и уехала к своим родителям, а ему одному скучно сидеть в выходной дома. Вот и решил навестить. Хотя я тогда думал совсем иначе – просто ему хотелось немного помучить мой член или меня. Почему то эта мысль всегда не вылетала из моей головы и по сей день.

Я был рад что два дня мне не будет скучно и одиноко. После бани он хорошо пропарил меня крапивкой и куда то ушёл, а когда вернулся, то из сумки вытряхнул несколько разного вида стеблей с колючками.

- Выбирай, если не против – сказал он мне.

- Давай лучше ты сам, мне всё равно – ответил я.

- Тогда вот это и он приподнял стебель весь усеянный колючками от двух до трёх мм. Их так много было и они как мне казалось были жёсткими.

- Это так это – ответил я спокойно и принёс пинцеты.

За десять минут моя головка была уже внушительных размеров и вся крайняя плоть была натянута до предела. Он так ловко и много натолкал туда коротких по сантиметру кусочков стеблей с шипами, что они растянули крайнюю плоть до предела. Я и до этого часто баловался и толкал между головкой и крайней плотью два пальца и растягивал кожу, как только мог, да и в длину тоже тянул, пока не было больно. Уздечка уже давно была порвана ещё Димкой во время перетяжки, и тянуть ничего не мешало. В общем крайняя плоть у меня была сильно растянута и на болтающемся члене очень низко свисала и болталась сплошным комочком. Поэтому под неё можно было много чего натолкать.

- Если я сожму тебе член, тебе не будет больно – вдруг спросил меня брат выведя из состояния задумчивости.

- Нет, делай как знаешь – сказал я.

Брат обхватил головку, и стал сжимать, время от времени поглядывая на меня. Я смотрел на него вполне спокойно и безразлично.

- Тебе точно не больно – спросил он ещё раз.

- Да нет же – ответил я.

А когда он отпустил, я увидел, как под кожей на головке появилось несколько капель крови.

- Прости – сказал брат.

- Да ерунда, заживёт – ответил я.

После этого мы ещё долго занимались домашними делами, а перед сном всё убрали, руководствуясь прошлым разом. На следующий день мы повторили всё снова, и я так с этими колючками и проводил брата на остановку – правда, я был в одежде.

После этого раза брат ко мне зачастил. Наверное, жена часто у своих родителей была, и ему было нечем заняться дома или то, что подумал я и вы – тяга к моим экспериментам.

В течении сентября он был у меня трижды и все разы мы отрывались по полной. Какие только он не толкал колючки мне под крайнюю плоть, и маленькие и большие и даже случалось так, что большие колючки протыкали крайнюю плоть насквозь. Но я молчал и не противился. Мне и самому было всё это интересно и тем более что всё делал сам брат без моего участия.

Трава и крапива в том числе уже засыхала. Шла осень и мы всё прекратили, а вскоре у брата родился сын и он вообще перестал ко мне приезжать. Прошла зима и с наступлением весны я стал снова его поджидать, но тщетно. В конце июня вдруг открывается калитка и я увидел Димку. Я так обрадовался, что не одеваясь, как сидел голым под крышей, так и выскочил к нему. Мы долго разговаривали и приговорили привезённое им пиво, а потом пошли в баньку. Там то он и спросил меня.

- Ты что так всегда и ходишь голый дома?

- А кого мне стесняться, живу один и забор высокий – ответил я.

- А вдруг кто из соседей зайдёт.

- Дружок не пустит. Помнишь его. Он тебя узнал – сказал я.

Действительно моя собака даже не залаяла на него, хотя вылезла из будки и вся напряглась. Узнала. Мы вошли в дом и Димка сразу выставил на стол пиво. Я быстро сообразил перекусить с дороги и протопил баньку. Мы долго болтали и пили пиво, а как баня была готова, то пошли мыться, немного захмелев. Там Димка меня и спросил, увидев волдыри на коже.

- Ты что крапивой изжалился?

- Есть немного – ответил я.

- Сам или случайно – спросил он.

- Сам конечно – ответил я и посмотрел на Димку.

- Продолжаешь чудить – снова поинтересовался Димка.

Мне хотелось много ему рассказать и даже показать, если конечно он будет не против. Ведь столько лет прошло и он наверняка изменился.

- Да, а что ещё делать остаётся – сказал я.

- А тебе что не больно, аж вон какие волдыри у тебя.

- Нет конечно. – объяснил я.

- А перетягивать пробовал – спросил Димон.

Я всё стал ему рассказывать и он только удивлялся, что я делал и как жалил крапивой и про перетяжки и даже про колючки. От этого рассказа Димка аж возбудился и я увидел как его член стал вставать. Я не стал ждать, когда он решится и сам спросит и опередил его.

- Если хочешь, то сам попробуй, перетяни и тряхнул своим членом давая понять что я уже готов. Это было и правдой и желанием вспомнить прошлое и мой член тоже стал возбуждаться.

- Давай только не в бане, а то жарко сильно – сказал Димка и мы стали домываться.

Вернувшись домой мы немного обсохли и я всё ещё ожидая Димкиных действий, достал из тумбочки шнурки, которыми мы всегда перетягивали мне член и яйца. Димка взял один и обмотнув его у самого основания, спросил меня.

- Как затягивать?

- Как хочешь, я всё равно не чувствую даже твоих рук, как ты к нему прикасаешься.

- Ты что серьёзно – удивился Димка.

- Да – ответил я.

Димка завязал узел и стал затягивать его. Член сжимался всё больше и больше и вот он сдавил его почти на две трети и стал обматывать ещё и снова узел и снова пара витков и так пока не закончился шнурок. Хоть член ещё и не успел полностью возбудиться. Но выглядел он вполне прилично и покачивался перед его лицом.

- Ну как, так пойдёт – спросил он.

- Вполне – ответил я.

Димка сел на кровать и поднял ногу. В ступне торчала колючка. Как она сюда попала, я даже не знал. Он вытащил её и повертев перед глазами спросил.

- Эти колючки ты толкал, ну в бане про чё рассказывал.

- Ага, эти – согласился я.

- А счас можешь – спросил Димка.

- Запросто, только за ними сходить нужно – ответил я.

- Пошли сходим и проветримся, пока совсем не развезло – согласился Димка.

Димка оделся, а я просто накинул рубаху и трико и мы отправились за деревню. Чертополоха и прочих колючек там росло полно и мы сразу сорвали несколько стеблей и пошли обратно. Во дворе я настриг их короткими кусочками и взял пинцет.

- А это ещё зачем – удивился Димка.

- Сейчас увидишь – сказал я и оттянув крайнюю плоть взял пинцетом один кусочек стебля с шипами и протолкал между головкой и крайней плотью на столько, сколько он мог войти. Димка просто светился от восхищения и после того как я затолкал уже несколько кусочков стебля чертополоха, он попросил меня.

- А можно я попробую.

- На, попробуй – ответил я и подал ему оба пинцета.

У него тоже стало получаться почти с первого раза и так быстро, как будь то, он работал медиком и знал всё это давно. Вскоре всё пространство между крайней плотью и головкой было заполнено кусочками стеблей с колючками, и он выдохнул.

- Всё, больше толкать некуда.

Он отпустил член и тот упав, ударился головкой о ступеньку крыльца, на котором я сидел.

- И часто ты так - спросил он.

- Нет, иногда когда совсем скучно становится и делать нечего – ответил я.

- А что ещё пробовал – спросил Димка.

- Дикую крапиву – ответил я и не успев продолжить, как услышал удивлённый возглас Димона.

- Дикую?! Так она же жалится сильно.

- Ну и что, я и стебли её толкал под кожу – гордясь своими достижениями, ответил я.

- А при мне попробуешь – поинтересовался Димка.

- Если хочешь ею меня попарить, то хоть сейчас, а если вместо колючек, то завтра.

- Я согласен. Может, тогда ещё раз прогуляемся – предложил он.

- Пошли, только я больше одеваться не буду, а то сними, то одень – ответил я.

- А как ты пойдёшь тогда – спросил Димка.

- В одной рубахе – ответил я уже весёленьким голосом.

Пиво давало о себе знать, и мы пошли проветриться. Дикой (конопляной) крапивы было кругом полно и мы вышли на берег озера через огород и пошли вдоль берега. Мой дом был четвёртый с краю и вскоре мы оказались за пределами деревни. Дальше было проще. Было уже поздно и хотя ещё светло, но вряд ли кто мог шататься по полю и нас видеть и мы не скрываясь отправились прямо к зарослям крапивы. Я подал Димке рукавички и сказал.

- Выбирай какая тебе понравится, только выше не хлещи и показал рукой уровень чуть выше члена.

- Ладно, - ответил Димка и стал рвать крапиву.

Первый удар или лёгкое похлёстывание мне показалось не очень сильным, но вскоре Димка понял, что можно и посильнее и стал охаживать меня и по попе и по члену, а потом попросил развести ноги пошире и стел хлестать между ними сразу по яйцам. Он был на взводе и не обращал на меня внимание, а я от возбуждения с интересом за ним наблюдал. Мой член был перетянут и в полу возбуждённом состоянии находился почти параллельно земле и поэтому ему сильно доставалось. Я даже немного подался вперёд и выставил его ещё больше, чтоб оградить случайное попадание по животу и Димка резвился. Не зря говорят, что хмель делает человека немного дурным. Так вот он был именно таким, да и я не лучше же. Ведь если бы голова немного хоть думала тогда, что после всего этого мне ещё придётся потом отходить и восстанавливаться. Но я тогда не думал об этом и веселился вместе с Димкой. Даже что то поддакивал ему. Типа.

- Давай его парь сильнее. Поддай ещё. – ну и что то в этом роде. Это заводило Димку ещё сильнее и после того как он измочалил один веник, он нарвал ещё один и продолжил. Ох и досталось тогда моей заднице и ногам тоже, а особенно члену и яйцам. Когда мы вернулись домой радостные и воодушевлённые нашим чудачеством и расправой с моим членом и яйцами, то даже сразу и не заметили, что до этого раздутая и напряжённая головка под крайней плотью которой были натолканы колючки, немного кровоточила. Мы всё ещё были перевозбуждены, и Димка то и дело говорил мне.

- А ты видел как я по нему снизу ударил?

- А как по яйцам тебе прошёлся?

- А по залупе то как попало? – восхищался он.

Да, это был не тот Димка, с которым мы в детстве играли, да и на трезвую голову он такое себе бы ни за что не позволил. А я и сам хорошо – успокаивал я себя. Пора было спать и мы стали распутывать шнурок. Он уже перетягивал мой член часа полтора и член весь посинел. Потом мы стали оттягивать крайнюю плоть и вынимать колючки. Как всё было убрано, мы оголили головку и увидели, что изнутри в нескольких местах кожа была порезана колючками или кромками кусочком стеблей. Наверное от сильных ударов прямо по головке подумал я тогда. Отмывшись мы прижгли ранки и легли спать. Болтали ещё долго, так как я не мог уснуть. Воткнувшиеся в кожу шипы от крапивы раздражали и не давали мне успокоиться. Я чесался то там, то там. А когда Димка уснул, я пошёл в баню и там мочалкой ещё долго растирал тело, вытирая и вымывая колючки. Под утро правда вздремнул немного, но Димка проснулся рано и забрякал и разбудил меня.

Протрезвев, Димка первым делом спросил меня.

- Ты как. Вроде мы вчера немного перебрали и переборщили – сказал он.

- Ну было немного, зато весело всё получилось – сказал я и свесил ноги с кровати. А когда убрал одеяло, то даже сам удивился. Мой член и всё вокруг него было покрыто волдырями готовыми вот-вот лопнуть. А головка вообще распухла, вернее крайняя плоть вокруг неё.

- Да, вроде точно перестарались – сказал я.

Димка открыв рот и сделав глаза по пять копеек молча рассматривал мой член. Не говоря ни слова. Потом спросил.

- Что теперь делать то.

- Думаю пройдёт за неделю ну за две то уж точно – успокоил я его, хотя сам ещё ничего не знал. До таких волдырей я себя и свой член ещё не доводил. Но мне не хотелось пугать друга, сам виноват сам и справлюсь совсем этим. А то снова потеряется и не приедет никогда – рассуждал я переворачивая с боку на бок свой член, который лежал на бёдрах как разжиревший поросёнок который не в состоянии даже пошевелиться.

- Ты на меня серьёзно не сердишься – спросил Димка.

- Нет конечно, я такое много раз проделывал и целыми ночами голый по крапиве шастал и не такое было – соврал я ему чтоб успокоить и снять напряжение и его вину в этом.

- Ну ладно тогда. Давай сегодня не будем ничего делать – сказал Димка.

- Давай – ответил я и узнал того Димку из детства, который всегда в моих проступках винил себя.

До вечера мы много ещё говорили и я всё ему рассказал о себе, только всё что проделывал со мной брат, я выдал как будь то это делал я сам. Димка был в шоке от моих рассказов, а вечером я его проводил. На остановку не пошёл, а то бугор спереди сильно выпячивал. Пригласил его приезжать и не забывать ко мне дорогу и он пообещал что как будет время, обязательно приедет.

Этим летом Димка ещё много раз приезжал ко мне, почти каждые две недели. Дважды мы с ним чудили под хмельком после пива и мне как и после перового раза доставалось изрядно. Когда он уезжал, то я зализывал раны к следующему его приезду. О том что кроме крапивы мы с ним делали, я уже писал в других рассказах и повторяться не буду. Брат был занят дома и в этом году вообще ко мне не показывался. Забот с маленьким сыном было полно, не до развлечений.

Прошёл год и наступило новое лето. Особо ничем оно не запомнилось, как и следующее. Димке начали приедаться наши с ним развлечения и он стал ездить реже, а может жена стала выговаривать что. Когда племяннику исполнилось три года, брат с женой приехали в гости к родителям и мы там все встретились Когда мы мылись с ним в бане, он заметил некоторые изменения и напросился в гости на ночь. Жена конечно осталась в доме родителей, а он придумал что то что будь то мне нужна его помощь и мы уехали ко мне. Приставая с расспросами он выпытал у меня что я такое сделал и захотел сам это увидеть. Я конечно соврал ему и не рассказал про Димку, теперь пришлось отдуваться.

Мы сходили с ним в поле и нарвали разных колючек. По пути нарвали пару веников крапивы и вернулись ко мне домой. Всё началось как обычно. Он меня напарил везде где только мог, а потом натолкал колючек и я одев рубашку, а снизу ничего, и пошли в лес. Там нашли заросли малины и я с поднятыми руками стал пробираться через неё цепляясь своим членом и яйцами за их колючки. Потом мы нашли заросли шиповника и теперь я должен был за своё враньё продираться с голым низом. Конечно всё закончилось множеством царапин и оставшихся в теле колючек. Брат посмотрел на меня и сказал.

- Так ты всю кожу издерёшь, давай нарежем стеблей домой.

- Давай – согласился я и он стал стричь и складывать в сетку, сшитую из плащёвки. По дороге мы ещё нарвали парочку веников дикой крапивы и с полными руками вернулись домой. Тогда я ещё не понял, что брат догадался, что я его обманул с малиной и шиповником, но решил не показывать этого и делал всё как будь то я всё уже проверил на себе. Но сюрприз для меня он оставил на потом. Я даже узнал о нём только через два года. В общем мы вытащили все колючки и вместо них брат настрих стеблей шиповника и малины и натолкал, что пространство между головкой и крайней плотью было не просто заполнено, а забито под завязку.

- Ну как ощущения – спросил он.

- Нормально – ответил я.

Я действительно не чувствовал как шипы шиповника колют и впиваются в кожу и тело головки. После этого он порылся в сарае и вытащил оттуда старую дверку от курятника. Доски уже рассохлись и расщелялись, а в середине выпал большой сучёк и сверкала огромная дыра чуть меньше крышки от банки.

- Зачем это – спросил я.

- Ложись, увидишь – сказал брат.

Я лёг на траву и стал ждать. Брат взял дверь и осторожно положил на меня. Она была лёгкая из тёсу и почти ничего не весила. Потом он зацепил пальцами мои яйца и вытащил через эту дыру наверх, а следом за ними и член.

- Ты что задумал – заволновался я.

- Хочу тебя попарить, но не хочется лишний раз хлестать тебе ноги и всё прочее – сказал он.

- А, ну тогда ладно – успокоился я.

Брат разложил член и яйца на досках и стал готовить веник. Потом он подошёл ко мне и стал сначала легонько, а потом всё сильнее и сильнее хлестать меня то по члену, то по яйцам. Я даже после ударов по яйцам чувствовал ломоту, хотя кожа вообще ни на что не реагировала. Я закрыл глаза и расслабился.

- Пусть себе забавляется, мне всё равно не больно – подумал я про себя.

А брат продолжал вертеть мой член и яйца с разных сторон и снова парил и стегал их дикой крапивой.

- Если бы вместо его сейчас был бы подвыпивший Димка, то мне пришлось бы наверное гораздо хуже – подумал я и взглянул на брата.

Исхлестав и растрепичив один веник, он сделал передых и стал собирать второй. В него то и вложил несколько веток малины. Я этого не почувствовал даже, но когда стебель малины прилегал хорошо к моему члену или там ещё где, то шипы втыкались в кожу и оставались там. Я тогда даже об этом и не подозревал, так как кожа до того онемела после крапивы, что хоть плетью по члену секи я всё равно бы наверное ничего не почувствовал. На это наверное брат и рассчитывал. Отбросив в сторону второй веник, он спросил у меня.

- Ну как ты себя чувствуешь?

- Всё нормально, можешь продолжать, а то я уж забыл, как мы с тобой чудили в последний раз – съязвил я.

Брат собрал третий веник и вложил в него в этот раз несколько веток шиповника, а вернее все что остались. Он снова начал стегать меня снова по члену и яйцам, переворачивая их с одного боку на другой. Колючки от шиповника тоже, как и малины втыкались в тело члена и мошонки и застревали в нём. В этот раз он довольно долго парил мои причендалы и если веник начинал рассыпаться или отваливались пара веток крапивы, он из оставшихся к ним добавлял новые и продолжал. Я чтоб не смущать его просто закрыл глаза и даже отвернулся. Брат понял мой жест по своему – как будь то мне всё равно что он там будет делать. Я так и думал и он пока не кончил всю крапиву, так и не остановился. А когда уже от веника почти ничего не осталось, он запрятал прутья малины и шиповника и сказал, я сейчас приду и собрав всё, унёс на берег за огород и выбросил. Мне конечно тогда было всё что он унёс как то безразлично. Хоть мне потом не уносить – даже вроде подумал я. А когда он вернулся, то спросил у меня.

- Как ощущения? – и показал рукой на головку.

- Вроде ничего. Терпимо. И почему мы с тобой раньше об этом не догадались – сказал я.

Брат пожал плечами и спросил.

- А что будет если я сожму член?

- Попробуй – ответил я.

Он одел варежку и взял член в области головки.

- Что руки марать не хочешь – спросил я.

- Нет, уколоться боюсь – ответил он.

В это время он сдавил головку и все кусочки стеблей шиповника сжались от его силы и стали впиваться шипами и в крайнюю плоть и в тело головки.

- Ну как? – спросил он.

- Терпимо, но больно немного – ответил я.

Брат ослабил давление и потом ещё раз сжал.

- А так?

- Немного больнее, но терпеть можно – ответил я.

- Ну извини, сильнее давить нет сил – ответил он.

- Видно точно у тебя уже всё атрофировалось от крапивы, раз ничего совсем не чувствуешь. Проводишь меня до деревни – сказал он.

- А что на ночь не останешься, светло ведь ещё да и что там случится и дед с баушкой помогут.

- Нет, всё же я пойду сегодня – стал настаивать брат.

- Ну хорошо, я сейчас, помоги убрать эти двери – сказал я.

Я встал и взглянул на часы. Было около 22-00. Только я хотел взять рубашку, чтоб одеться, как брат остановил меня.

- А что тебе без одежды слабо чтоль.

- Нет, я уже много раз так ходил – сказал я.

- Тогда пошли – предложил брат и мы через огород вышли за деревню.

- Не мешают колючки – спросил он ан ходу.

- Нет конечно - и я взглянул на свой член,

Он был весь покрыт мелкими точками и во множестве волдырей. Раздутая головка с колючками под кожей болталась в разные стороны и ударялась то об одну ногу, то о другую.

- Да, постарался братец, теперь неделю волдыри проходить будут – подумал я про себя и уверенно шёл вперёд.

За сорок минут мы быстрым шагом дошли до родной деревни. Попрощавшись на опушке я пригласил брата ещё, обещая придумать что то новое и он пообещал окинув взглядом пой уже начинающий припухать член.

Когда он скрылся из виду, я помахал ему рукой и вернулся обратно не спеша. Так как уже смеркалось, я шёл осторожно, чтоб не налететь на торчащий от дерева сучёк. Дома я осторожно освободил от колючек головку и отодвинул крайнюю плоть и потом ещё долго вынимал из тела колючки от шиповника. Спасть в ту ночь я так и не лёг – вернее не смог уснуть от впечатлений. Я даже был готов снова вернуться к родителям и попросить брата о помощи. Но что-то меня остановило.

В этом году ни брат, ни Димка больше ко мне не приезжали и я спокойно после последнего раза залечился от волдырей . Колючки и шипы ещё долго вытирались и доставляли раздражение. Ранки после сдавливания братом головки тоже зажили как на крайней плоти, так и на теле головки.

Ещё два года пролетели незаметно и без особых изменений. Я погряз в домашних делах и даже порой думал о том, чтоб ко мне никто вдруг случайно не нагрянул. Но мыслями решать за других я не мог. Брат с друзьями приехали ко мне на рыбалку, Потом они все разъехались, а брат остался до утра, чтоб на другой день ехать ещё и к родителям. Разговор у нас начался на пустом месте и всё началось как и в прошлый раз. А когда я уже на последнем этапе лежал во дворе и брат охаживал мой член и яйца выложенные на двери от курятника, я думал про своё обещание. Ведь я при расставании ему пообещал что то придумать новое. В голову ничего не шло, а брат собирал новый веник и вкладывая в него стебли шиповника, парил и хлестал по моим гениталиям постоянно ворочая их с боку на бок, чтоб досталось везде и равномерно. Брат был немного под хмельком как и я. Ведь я тоже с ними был на рыбалке и поэтому толком и не думалось ни о чём и вдруг меня осенила необычная идея. Брат в это время уже хлестал об меня четвёртый веник, внутри которого было несколько веток шиповника и колючки от них с каждым разом оставались в теле моего члена, и мошонки. Я окликнул брала и напомнил ему об обещании.

- Слушаю, что ты там выдумал – сказал он.

- А если нарезать веток шиповника и тех колючек и положить на доски под мошонку и член, а потом снова попарить?

- Хм, я не против – сказал брат и взялся за дело.

Вскоре он приподнял мои яйца и под них наложил коротких стеблей с колючками и положил на ним мои яйца, а потом отогнул член и по всей его длине тоже разложил стебли шиповника и чертополоха и положил на них член. Рядом с ним ещё осталось много коротко настриженных кусочком колючек и он спросил меня.

- А это куда?

- Ложи сверху, зря нарезал чтоль. – ответил я.

Когда брат засыпал колючками мой член и яйца сверху, он спросил меня.

- Если начну хлестать, они разлетятся все.

- Ну прижми их тогда – сказал я неподумав.

Ну брат и рад стараться. Положив сверху на мой член и яйца варежки, он придавил всё руками и даже сжал легонько. Я никак на это не прореагировал и тогда он сдавил уже сильнее, а потом ещё и ещё. Что происходило под рукавичками, ни я ни брат не видели. Можно было только предположить, как колючки и шипы впиваются в кожу моего члена и мошонки. Иногда было чуть больно и неприятно. Наверное колючка глубоко проникала под кожу. Но потом всё становилось нормально. Брат так увлёкся, что на меня даже не обращал внимания и я спросил его.

- Ты что там тесто мнёшь или уже раскатываешь – спросил я, так как его движения напоминали мне это.

- Нет, но это идея и он стал не сдавливать мой член и яйца, а как бы катать их по колючкам на которых они лежали и тем самым передвигал по всей поверхности и те колючки, что лежали верху.

Я не могу этого вам описать, как он был весь просто поглощён этим занятием, да и меня самого начинало трясти от возбуждения. Помню что я что то спросил у него и голос у меня дрожал. Это было какое то безумие. Голова вообще не соображала. Хоть я и не чувствовал ничего, так как чувствительность после крапивы была почти нулевая, но осознавая то, что делал с моим членом и яйцами брат, меня всего начало трясти. Брат тоже был наверное на пике возбуждения и не смотрел на меня. Всё его внимание было направлено на мой член и яйца и на колючки которыми они были завалены. Я даже на время закрыл глаза и куда то провалился. Сколько это состояние продолжалось, я не помню и тем более что там делал брат. Может секунды, а может и минуты. Когда я открыл глаза, то увидел как брат сдавливает облепленный колючками член. Его выражение на лице мне даже сравнить не с кем и не с чем.

- Я вроде отключился – сказал я.

- Что – вздрогнув ответил брат.

- Я вроде в отключке был – повторил я.

Он отпустил из рук мой член и зажатые между ним и рукавичками стебли шиповника и чертополоха посыпались на поверхность двери. На его штанах было огромное мокрое пятно. Я понял, что он кончил прямо себе в штаны. Брат тоже пришёл в себя и стал осознавать что случилось и сжав ногами мокрое место, сказал.

- Я сейчас приду.

Вернулся он минут через пять с мокрыми трико и в мокрых плавках.

- Не успел немного ссыкнул, пришлось замывать – оправдывался он.

Ну и что, я то ведь знал что он врал мне и оправдывался зачем то.

- Тебе не больно – спросил он.

- Вроде бы нет, я не чувствую ничего – ответил я

Брат стал всё убирать и развязал мой член перетянутый у самого основания. Он был весь синий и облеплен колючками. Осторожно мы всё убрали и я выбрался из под дверки. Осмотревшись я прищёлкнул языком.

- Порезвились так порезвились – сказал брат.

- Ничего, зато есть что будет вспомнить – ответил я и взяв в руки член и яйца, стал осматривать всё. Он был у меня лысым, но после случившегося весь покрыт воткнутыми в кожу шипами и колючками от шиповника, малины и чертополоха. Мы долго выдёргивали их потом пинцетом, но терпения очистить всё у нас не хватило. Кое где немного выступали капельки крови, особенно когда мы освободили головку и крайнюю плоть. Но вскоре кровь перестала выступать. Утром брат уехал.

Хоть я его и приглашал в гости снова, но он ничего не пообещал, а через год у него родился второй сын, и ему теперь было не до меня. Год назад он всё же приезжал ко мне в гости, и мы снова с ним немного выпили за здоровье и его жену и детей и потом оторвались снова, но всё было почти так же что и три года назад. Так что повторяться я не стану, а то что мы по пробовали с ним новое, я впервые проделал с Димкой за год до последней встречи с братом. Об этом я хочу рассказать и продолжить свою историю.

В общем я понял, что брату теперь ко мне не вырваться и сам, а это было два года назад, поехал в город чтоб кое что купить м встретиться с Димкой. Последнее время он что то забыл меня и приезжали с женой только весной помогать садить огород и осенью на уборку. Я им помогла с овощами и они были рады этому. Выдумав предлог, я зашёл на огонёк к Димке. Он дома был один. Его жена была на дежурстве и вернётся только утром. Мы долго болтали и я ему рассказывал приключения с братом выдавая их за свои как будь то я сам всё проделывал один. Вскоре я заметил, что глаза у друга загорели и сославшись что хочу спать, лёг на диван. Я притворился что сплю и слушал как Димка ещё долго ворочался и уже за полночь заснул.

Утром я уехал, но мысль о том что Димка заинтересовался, не покидала меня. И я не ошибся. Недели через три он приехал. Стояла жара и был месяц июль. Только небольшие дожди иногда баловали нас.

За разговором и кружкой пива мы расслабились и я стал снова Димке уже более подробно рассказывать о своих достижениях или приключениях. Он заинтересовался и спросил меня.

- А ты как себя чувствуешь сейчас после всего этого.

- Вполне нормально – ответил я.

Я знал что он не вытерпит и приедет. Он ещё в детстве любил мучит и перетягивать мой член и ему это нравилось. А упустить такой шанс о чём я ему рассказал – он просто не мог и не ошибся. Я встал из за стола и стянул с себя трико и плавки и он увидел мой лысый член и был удивлён. Ведь он его таким видел впервые. Всё было на месте и член даже начал возбуждаться. Я сам предложил ему перетянуть его и он это сделал, а потом и понеслось как и прошлые разы. В общем уже через час мы были в лесу и Димка мне натолкал колючек под крайнюю плоть и жварил крапивой. Я только дразнил его рассказами и заводил сильнее. Мы нарезали шиповника и чертополоха и вернулись домой и повторили всё до точности что делали с братом и дверкой от курятника. Он мне так исколол колючкам и член и яйца, что продолжать было нечем и я уже голый в одной рубашке, а он с пивом и сеткой отправились снова в лес. По дороге я боялся только одного, чтоб не забыть что я голый и не пойти обратно по улице. Допив пиво в лесу нас сморило и я лёг отдохнуть среди кустарника, а Димке сказал.

- Всё моё теперь твой и закрыл глаза.

Димка понял это по своему и так как я ничего не говорил, а мирно спал лёжа голой попой на траве, он так сказать мягко говоря изучал возможности моего члена и нарезав стеблей шиповника, а выбрал он самые толстые с большими шипами, стал ими обкладывать мой член и привязывать их к нему и когда обложил вокруг, то мой член как бы оказался со всех сторон закрыт этими самыми стеблями или ветками шиповника. Потом он видно сходил домой, так как с собой мы ничего не брали и принёс широкую тесьмы и обмотал ей мой член вместе с колючками по всей длине. Конечно он очень любил перетягивать его и тут тоже постарался, что все колючки которые не согнулись под давлением, воткнулись в кожу. Яйца к моему счастью он не стал запаковывать в такую упаковку, но тоже хорошо похлестал по ним и как я потом вытаскивая колючки уже дома спустя много времени, я понял что он по ним шлёпал ветками шиповника.

Проснулся я уже на другой день часов в десять, или даже позже. Выйдя из кустарника и обратил внимание что внизу живота меня что то тянет и увидел это Димкино сооружение или так сказать как он упаковал мой член. Голова болела и я ничего не соображал, где я. Выйдя на дорогу я пошёл в противоположную сторону и пройдя до опушки леса, а этого хватило чтоб меня обдуло ветерком и я пришёл хоть чуточку в себя, я понял что иду не туда и вернулся обратно. Дома я оказался уже ближе к обеду. Как добрался, что меня никто не видел, я не понимаю до сих пор. Димки уже не было. Он или сбежал или уехал домой срочно. Мы с ним потом поговорили спустя два месяца осенью, но он тоже сказал что ничего не помнит. Дома я тогда долго распутывал Димкину упаковку и высвободил член. Он был весь в колючках и большая часть оторвалась от стеблей и плотно сидела в теле члена и яиц. Я потом больше недели при появлении чувствительности вытаскивал шипы и колючки и тогда решил, что под хмелем больше не буду соглашаться что то делать вместе с Димкой, хотя через год уже забыл и повторил всё это с братом и как мне показалось что брат постарался даже больше сем Димка. После этого случая с братом прошло чуть больше года – вернее год и два с половиной месяца. На члене и мошонке у меня стали появляться небольшие бородавки, хотя у нас многие их называют шипичины. Я пробую с ними бороться и вроде бы получается, одни исчезают, появляются другие и в другом месте. Что будет дальше, я пока не знаю и очень хотел бы рассказать, но там будет видно. Я даже иногда представлял себе дальнейшее развитие событий, но это лишь вымысел и я опишу его в эпилоге.



Эпилог.

После всего что со мной и вместе с Димкой и братом произошло, я долго не мог успокоиться и стал сам искать повода встретиться или с тем или с другим. Мы иногда общались по телефону и рассказывал им что пробовал пока их нет, хотя сам лишь только думал об этом. В результате Димка как то сказал мне, что приедет если я ему не буду ничего запрещать. Я с радостью согласился, я и так всегда был за.

Димка приехал в пятницу после обеда и до понедельника был свободен. Впереди было три дня. Я уже готов был к встрече и сам для себя устроил крапивные парилки и кожа ниже пояса уже ничего не чувствовала. Всё началось как обычно, а ночью я лёг спать в коронной Димкиной упаковке на члене с толстыми стеблями от шиповника, да и под крайнюю плоть он натолкал тоже полно колючек, а когда проснулся, то увидел перед собой брата. Он стоял и смотрел на меня удивлёнными глазами и косился на Димку и я признался. Как Димка проснулся они так меня отпарили по члену и яйцам и вообще по всему что было ниже пояса крапивой, что я их в таком состоянии даже не помнил никогда.

А потом положили мой член и снова обложили колючками, после чего брат куда то ушёл и вернулся с новыми стеблями. У них шипы были около сантиметра и очень часто. Я понял откуда он их взял. Это был дикий крыжовник и он рос только в одном месте. Положив его на мой член, он придавил его и сначала Он, а потом Димка наступили на всё это и шипы впились в мой член протыкая его чуть ли не насквозь. Это продолжалось в течении всего дня, а перед сном брат наложил ветки крыжовника на оголённую головку и придавил их ногой. Моя головка была просто пронзена сотнями шипов. После этого Димка забинтовал всё и я так и спал с воткнутыми шипами.

В воскресенье он снова парили меня крапивой, и снова разными способами втыкали ветки с колючками и шипами, а перед отъездом мне всё так затянули и запаковали вместе с колючками и яйца тоже замотали в одну кучу, что я потом полдня всё распутывал и вынимал больше недели шипы. Потом пошло всё покрываться шипичинами и волдырями и я уже не мог с ними справится и член мой и яйца стали уродливыми и больше не возбуждались. Так как я понял что большими шипами мне проткнули или истыкали и сами яйца, а не только мошонку. В последствии всё это привело к необратимому процессу и мне пришлось обратиться в больницу. Спасти ничего не удалось, но брить теперь мне стало гораздо легче и ровнее . Станок ни за что не цеплялся.

Вот такой эпилог я сам себе нарисовал, если конечно не урезоню свой пыл и страсть.



Сергей К.

Челябинская обл.

sergei0083@rambler.ru




Оцените этот эротический рассказ:        





Прокомментируйте этот рассказ:
Имя/псевдоним:
Комментарий:
Комментарии читателей рассказа:



 



Добавить рассказ
Напишите нам





 
 
 
     Я расскажу Вам о случае который случился со мной совсем недавно, кардинально изменив всю мою последующую жизнь. Мне было 18 лет. Я со своими друзьями хотел идти в бассейн. Но для этого нужно было оформить несколько справок... соскоб на яйца глистов, анализ кала, вердикт дерматолога и тому подобные не особо приятные процедуры... Но поскольку желание пойти в бассейн бы... [ читать дальше ]
xStory.ru - эротические рассказы © 2006 напишите нам
 
Сайт xStory.ru не несет ответственности за содержание размещенных текстов, а только предоставляет площадку для публикации авторам. Тексты принадлежат исключительно их авторам (пользовательским никам). Содержание Сайта ни в коей мере не представляет собой какие-либо конкретные рекомендации или советы, которые могли бы склонить вас к принятию решения.